Некоторым дагестанцам от чеченцев!
среда, 11 июня 2014 г.
вторник, 10 июня 2014 г.
РАСУЛ ГАМЗАТОВ "ИМАМ"
Англичане усердно чалму на него намотали,
И старательно турки окрасили бороду хной,
И Коран ему дали, а главное, саблю из стали:
"Вот вам, горцы, имам, - он наместник Аллаха земной!"
И сперва эта сабля сынов Дагестана косила:
Горец, мол, непослушен и пред Шамилем виноват!
А потом занеслась она над сыновьями России:
Мол, рубите неверных, Шамиль объявил газават!
Что ж она принесла, правоверная сабля имама,
Что она охраняла и что берегла, для кого?
Разоренье и страх - для аулов, укрытых дымами.
Для бандитов - раздолье. Для "праведных мулл" –
плутовство.
Что она охраняла? Ярмо непосильного гнета.
Черный занавес лжи, униженье, и голод, и страх.
Для посевов - пожары. Бесправье и тьму - для народа.
Для змеиных притонов - гнездовья в чеченских лесах.
Для убитых-могилы. Для раненых - смертные муки.
Для младенцев - сиротство. Для вдов - нескончаемый стон.
Для имама-то золото, что не вмещалось во вьюки
На семнадцати муллах, да славу, да семь его жен.
Что она охраняла, кровавая сабля имама?
Наши горы от пушкинских светлых и сладостных муз,
От единственной дружбы, что после, взойдя над веками,
Создала для народов счастливый и братский союз.
Что она охраняла? Имама чиновное право
Продавать толстосумам отчизну и оптом и врозь
И сынов Дагестана налево швырять и направо,
Под ободья английских, турецких, арабских колес.
А имам был готов, поднимаясь и в званье и в чине,
Кровь сынов Дагестана с землею смешать пополам...
Но объезженный конь захромал на гунибской вершине,
И на сердце, на слабость стал сетовать старый имам.
Не за старость, однако, имаму прощенье досталось,
Не из жалости царь вместо крепкой петли и огня
Повелел обеспечить для пленника сытую старость
И откармливать стал его, как перед скачкой коня.
Он, России сынов порубивший на взгорьях немало,
К травоядству приведший сынов Дагестана в те дни,
Он, предатель, носивший меж горцами званье имама
Был тому, кто в России царем назывался, сродни
Были руки обоих багровы от крови народной.
Горе сеяли оба, - и в том их сказалось родство:
"Будь, Шамиль дорогой, как душе твоей будет угодно,
Званым братом и гостем желанным двора моего!"
Так закончил имам двадцатипятилетье обмана,
Издыхать он и то не вернулся уже в Дагестан:
Труп чеченского волка, ингушского змея-имама,
Англичане зарыли в песчаный арабский курган.
Но цела еще сабля. Когда, словно эхо "Авроры",
Раскатился в горах наступленья великого гул,
С этой саблей кровавой в мои посветлевшие горы
Снова сунулся Лондон, явился, как прежде, Стамбул...
Нацепил её, пузо свое опоясав ремнями,
Крупный барановод, чтобы снова позвать в газават,
Но народ стал мудрее - конец самозванным имамам!
Знают горцы, что русский народ - и учитель и брат.
С коммунарами русскими шли партизаны нагорий,
Знамя счастья и дружбы они на Гуниб принесли,
Газаватчики точат и ныне, себе же на, горе,
Саблю ржавую ту за пределами нашей земли.
Но с великою дружбой счастливое время настало,
Тот, кто саблю поднимет на нашу семью, будет бит!
Так теперь говорят сыновья моего Дагестана.
Так вся наша Россия на всех языках говорит!
Англичане усердно чалму на него намотали,
И старательно турки окрасили бороду хной,
И Коран ему дали, а главное, саблю из стали:
"Вот вам, горцы, имам, - он наместник Аллаха земной!"
И сперва эта сабля сынов Дагестана косила:
Горец, мол, непослушен и пред Шамилем виноват!
А потом занеслась она над сыновьями России:
Мол, рубите неверных, Шамиль объявил газават!
Что ж она принесла, правоверная сабля имама,
Что она охраняла и что берегла, для кого?
Разоренье и страх - для аулов, укрытых дымами.
Для бандитов - раздолье. Для "праведных мулл" –
плутовство.
Что она охраняла? Ярмо непосильного гнета.
Черный занавес лжи, униженье, и голод, и страх.
Для посевов - пожары. Бесправье и тьму - для народа.
Для змеиных притонов - гнездовья в чеченских лесах.
Для убитых-могилы. Для раненых - смертные муки.
Для младенцев - сиротство. Для вдов - нескончаемый стон.
Для имама-то золото, что не вмещалось во вьюки
На семнадцати муллах, да славу, да семь его жен.
Что она охраняла, кровавая сабля имама?
Наши горы от пушкинских светлых и сладостных муз,
От единственной дружбы, что после, взойдя над веками,
Создала для народов счастливый и братский союз.
Что она охраняла? Имама чиновное право
Продавать толстосумам отчизну и оптом и врозь
И сынов Дагестана налево швырять и направо,
Под ободья английских, турецких, арабских колес.
А имам был готов, поднимаясь и в званье и в чине,
Кровь сынов Дагестана с землею смешать пополам...
Но объезженный конь захромал на гунибской вершине,
И на сердце, на слабость стал сетовать старый имам.
Не за старость, однако, имаму прощенье досталось,
Не из жалости царь вместо крепкой петли и огня
Повелел обеспечить для пленника сытую старость
И откармливать стал его, как перед скачкой коня.
Он, России сынов порубивший на взгорьях немало,
К травоядству приведший сынов Дагестана в те дни,
Он, предатель, носивший меж горцами званье имама
Был тому, кто в России царем назывался, сродни
Были руки обоих багровы от крови народной.
Горе сеяли оба, - и в том их сказалось родство:
"Будь, Шамиль дорогой, как душе твоей будет угодно,
Званым братом и гостем желанным двора моего!"
Так закончил имам двадцатипятилетье обмана,
Издыхать он и то не вернулся уже в Дагестан:
Труп чеченского волка, ингушского змея-имама,
Англичане зарыли в песчаный арабский курган.
Но цела еще сабля. Когда, словно эхо "Авроры",
Раскатился в горах наступленья великого гул,
С этой саблей кровавой в мои посветлевшие горы
Снова сунулся Лондон, явился, как прежде, Стамбул...
Нацепил её, пузо свое опоясав ремнями,
Крупный барановод, чтобы снова позвать в газават,
Но народ стал мудрее - конец самозванным имамам!
Знают горцы, что русский народ - и учитель и брат.
С коммунарами русскими шли партизаны нагорий,
Знамя счастья и дружбы они на Гуниб принесли,
Газаватчики точат и ныне, себе же на, горе,
Саблю ржавую ту за пределами нашей земли.
Но с великою дружбой счастливое время настало,
Тот, кто саблю поднимет на нашу семью, будет бит!
Так теперь говорят сыновья моего Дагестана.
Так вся наша Россия на всех языках говорит!
суббота, 24 мая 2014 г.
Дагистанцы, - это обращение для тех из вас, кто ненавидит
чеченцев, и сам не знает за что!!!
-Отныне знайте, что вы нам никак не можете простить то, что
мы для вас были хорошими друзьями и соседями, и принимали вас бежавших от гнета
феодалов и ваших князьков, во все времена, - давали крышу над головой, и мстили
за вас вашим бывшим хозяевам – ночными вылазками!!!
- Вы не можете нас
простить за то, что мы всегда вас вынуждены были встряхивать на защиту вашей же
Родины призывая сбросить рабские оковы и объявить газават Российской
оккупации!!!
- Так же вы не
можете нас простить, за то что мы сделали из беглого Шамильки, Имама Шамиля, которого вы дагестанцы
преследовали и предавали!!!
- Вы не можете нам
простить то, что в августе 1866 года в парадной зале Калужского губернского
дворянского собрания Шамиль вместе с сыновьями Гази-Магомедом и Магомедом-Шапи
принес присягу на верноподданство России. -- Спустя 3 года Высочайшим Указом
Шамиль был возведён в потомственное дворянство. – И все это происходит в то
время, когда его наиб чеченец Байсангур Беноевский, который вырвался из окружения,
(где Шамиль перешел к русским), был пленен в бою с двумя сыновьями и казнен
военно-полевым судом через повешение в Хасав-Юрте.
--Вы не можете нас
простить за то, что история говорит о вас, лишь как о вассалах России, а о чеченцах
как о коварных и жестоких врагах!!!
--Вы не можете нас
простить за то, что чеченцы воевали с Россией еще за долго до Имама Шамиля и
продолжили газават после его бегства в
плен!!!
--Вы не можете
простить нас за то, что мы вернулись с высылки в 1957 году, и выгнали вас из
своих домов, куда вы заселились, и дрались, друг с другом за наше имущество пока
мы умирали голодные в снежных буранах!
--Вы не можете
простить нам то, что мы снова восстали в 1994 году против России, и сделав
невозможное, отвоевали свою Родину и свободу пока вы обыскивали наших женщин и
детей проезжающих через Дагестан обзывая их террористами!!!
--Вы не можете нам
простить то, что некоторые сотрудники русских спецслужб из наших уродцев, в
сговоре с вашими, а это с подачи Кремля
– воровали дагестанцев и вывозили в Чечню. - Это была часть плана Кремля – для
нового вторжения в Чечню, под предлогом того, что мы воруем дакистанцев (об
этом заявил Хачилаев на границе с Чечней в 1998 году)!!!
--Вы не можете нам
простить то, что в 1999 году, мы пришли к вам на зов о помощи, которую вы
просили посредством вашего духовенства, включая религиозно-политических деятелей,
в лице Багауддина Магомедова и Хачилаева, которые к тому времени уже шестой
месяц находились у нас укрываясь от дагестанской милиции!!!
-- А также вы не
можете нам простить то, что после капитуляции Имама Шамиля чеченцы восставали
против матушки Империи 62 раза, и 12 из них пришлось в советскую пору, с 1905 года,
по 1942год!
-- И наконец
последнее; -- вы нам никогда не простите то, что мы выжили в последних двух
кровавых войнах с Россией, которая унесла жизни 300 000 чеченцев, и то что
мы возрождаемся в еще лучшем качестве, – буквально цепляясь за пустоту!!!
--Нам же вас не за
что прощать, – Мир вашему дому!
Подписаться на:
Сообщения (Atom)